Высоко-высоко в горах живёт племя странных людей. Их быт и уклад полуприметивен. До вершин их гор не достала цивилизация. Но их это не очень печалит. Они обсолютно уверены в том, что самый прекрасный, бесценный удивительный дар жизни - это цветы! Их женщины не знают, да и не хотят знать других украшений. Но вряд ли я видела где-то ещё таких красивых девушек. Склоны гор, на которых живёт это племя, поражают воображение богатством и разнообразием всевозможных цветов и пестрят сочетанием всевозможных оттенков...Такого я не видела нигде и нигде больше не ощущала такой дикий, пьянящий аромат цветочного великолепия. Молодые мужчины племени спускаются с гор в цивилизацию, что бы уже никогда не вернуться. В горах, среди цветов остаются, в основном, старики и женщины...
В дни их традиционных проздников все жители деревни выходят на цветущие склоны...Свои волосы, одежду, замысловатые треугольные головные уборы украшают они гирляндами, букетами, охапками разнообразных цветов. Из хижин выносят стариков, немощных, слепых, столетних, давно разучившихся передвигаться самостоятельно...Девушки сажают их на циновки посреди поляны , наряжают и украшают их немыслимыми цветами и танцуют вокруг них причудливый, чудесный танец...Танец цветов. И давно незрячие глаза вдруг начинают видеть...и этоих прекрасных девушек, и эти пёстрые склоны, и этот удивительный мир вокруг. И прозревшие чудом глаза вдруг странным образам преображиют эти старческие, безжизненные лица, будто их зажгли изнутри...Что вспомнилось ей, столетней? Чей образ промелькнул перед ней? И от чего вдруг слёзы бегут по этим ссохшимся смтрщенным щекам? Она никогда не скажет об этом.......Да и вряд ли вспомнит имена.....
Но вот уходит Солнце, и люди уходят со склонов. И уносят своих стариков в их тёмные хижины. Но тем уже всё равно...Лица их - опять безжизненные маски, а глаза - вновь слепы.....До следующего праздника.
Когда я увидела его впервые - меня поразил его взгляд. Недоверчивый, настороженный, исподлобья. Его взгляд отделял твою человеческую сущность от плевел, кидал её на весы, измерял количетво сущего и настоящего в ней до микрона и угрюмо возвращал её на место, в привычное её обиталище лжи и иллюзий. Его взгляд выдавал то, что он уже не ждёт никаких сюрпризов от жизни. Ну разве я могла пройти мимо такого взгляда??? Конечно, я тормозила, проходя мимо него! Я называла его Полковник. По аналогии с героем романа Маркеса "Полковнику никто не пишет". Ибо он всегда сидел рядом с постбоксом, как-бы ожидая писем. Но совершенно очевидно было то, что ему никто не писал, и ожидание письма было привычным, но бессмысленным занятием. Да и какой бы безумец написал бы когда-нибудь письмо уличному коту? Хотя и уличным назвать его не поворачивался язык - несмотря на грязную белую шерсть, рваное ухо и большое количество шрамов, Полковник был обладателем довольного кокетливого красного ошейника и золотого колокольчика на нём, чем напоминал синтоистскую храмовую кошку Манэки-нэко. Его запросто можно было сажать перед дверью зазывать счастье, если бы....не этот его взгляд...
Собственно, ему больше ничего не оставалось, как подружиться со мной, ведь я была единственной, кто три раза в день бегал в комбини и покупал ему баночку кошачих консервов, и ставил ему под постбоксом, дабы скрасить бессмысленное ожидание бессмыссленного письма, которое он никогда не получит, ибо письмо это никогда и никем не будет написанно. Дальше мне писать лень, надоело колотить по клаве.........
Ещё одна девушка мечтает избавиться от непосильного бремнни беззвестности и бесславия! Она жаждет славы и почитания! Поможем же HELLEN с литературного сайта "СтихиЯ" в этом архитрудном деле! Поможем не очень юнному дарованию хорррошей пародией, что бы ей, наконец-то, заинтересовались более широкие слои населения! А то в тенёчке так, в беззвестности, скромненько, такой талант и пропадёт! Ну уж, во всяком случае, образец для подражания (поэтического) - это точно! Так что можете подражать, друзья мои! Я, лично, уже прикоснулась.... к "прекрасному"!
Итак, HELLEN. (литературный сайт "СтихиЯ"
Имела б я могучий фаллос,
Я б не валяла дурака.
И знала б, человек чем славен,
Свободой дорожа пока.
Он путь укажет мне во мраке:
Печален – вниз, веселый – вверх.
Не хочет он иметь синицу,
Мечтает он о птице стерх.
Он жизнь свою живет в стремленье,
Вперед, к Нефритовым Вратам!
И, может, с тенью сожаленья,
Забьет на все стихотворенья,
Что ему пишут тут и там.
Но жизнь сыграла злую шутку,
А, может, добрую, как знать?
Расслабился лишь на минутку,
И в плен взяла его кровать…
А там – жена, заботы, дети,
Придется мысли занимать.
Он будет томно задыхаться,
Под весом страсти прогибаться,
Под тяжестью «любви» стонать!
Мой ответ ЧемберЛЕНЕ:
Ах! Если бы мне хуй пришили,
Я всех бы выебать смогла!
Не только славных человеков,
Или Нефритовы врата!
Я бы без устали ебала
И стол, и дом, и сад, и плод!
И даже поезд! Мира мало!
И даже чей-то огород!
Мой хуй бы чутко вёл во мраке
Меня к заветным берегам!
Но больше всех бы, имеряки,
Досталось рифмам и словам!
Родную Речь бы я ебала
С остервененьем маньяка!
Она бы только задыхалась,
Да удручённо прогибалась,
От боли адовой стоня!
Чу! Злая шутка! Я очнулась!
Уже я не в больном бреду!
Закон инерции ж всё длится!
Ведь хуя нет! А Речь - ебу!
Хренеть от весны. От неба голубизны.
Резать палец, смотреть на кровь. Красиво!
Слушать звуки. Ловить их движенье в ночи.
Их перемещение с ветки на ветку.
Перемещаться самой. Быстро.
И на далёкие расстояния. Ловите меня!
Ловить впечатления. Иметь состояния.
Улыбаться загадочно влюблённому юноше.
И лукаво поглядывать, и срывать ему крышу.
Забивать его помыслы,терзать его бедное сердце.
И при этом, при этом, думать при этом
О смерти. О юге и севере.О передвижениях.
О всякой бессмыслеце.О Босхе.И искушениях.
О Канте и Нитше, об Иссэй Мияки.О дочке.
О длинных дождях. О книжке, прочитанной ночью.
Случайность Розы. Полеты рос.
В их скоростях - печаль обиды Сада.
Здесь не была. Пришла - Засада!
Чуть-чуть не рай! Кап-кап! не рай. Ура!
В Саду играю. С мячом игра.
Здесь организм прохладных струй восхода.
Здесь ни огня нигде. Ни пешехода.
Не обойдусь! Пока не обойду!
Ясна победа! Мой туз побит!
Посвящена во все надежды Сада.
Посвящена. И ни какого слада!
Я посвящаю Вам свои сады!
Ваш вдох во власти! Какая власть!
Всласть наберите легкими тумана!
Пусть Ваш порок , тумана - мана,
Чyть - чуть не рай! Кап-кап! Не рай! Ура!
Дождь...
Дождь! Шфа-а-а-а!
Введь это кот мой прыткий!
Ведь это им ободрано стекло ветров такси!
Невесть куда спешащих вдоль полос.
Невесть куда нацеливших шоссе.
Под знаменем струящихся волос!
Трамвай...
В каждом окне свой особенный иневый умысел.
Это тьма городов для меня, и для тех, кто разглядывал.
Это эти вагоны увозят опавшие головы.
От себя. От тебя. От любви. И от просто бессоницы.
Это эти вагоны развозят последние милости.
Ведь бывает и так, что из всех предоставленных малостей
Совершится отбор на глазах многочисленной публики.
Предоставится случай уткнуться в трамвайные поручни.
Осины...
Осины просветы хранят
Сферами крон ежесуточно.
Небывалые дали мелами небесными,
Застудив клапана, аппараты кроят.
Птахи клювики кутают в грудки белесые,
Коготками сцепив горизонта края.
Небо - нёбо распахнутых вдохов!
Нёбо вынутых выдохов наших!
Небывалая вера в размеры!
Небольшие пределы вниманья...
Тем, кто когда -нибудь лежал на дурдоме, посвящается.
Коньячной льдяночкой колеблется луняночка.Вот вот дотает.
Теряя обороты, сон витает. Приговорен. Уже светает.
Отныне инеем забиты управы листьев переставших.
Нераскупоренные мифы видавший виды, не утащит подлунный ветер, ни на йоту.
Какая б дева не трепала над гладью мифа теплый волос,
Мемориально недвижима неприкасаемая лопасть. Несущей части лебедь основная!
Наш дистрофический рассудок, пытаясь выжать этот ребус,
Гортани рвет, и оседает. По вечным койкам, с признаками Неба.
Сижу я себе на балконе. И вот я уже молюсь.
Уже говорю я с Богом. Приятный парнишка Иисус.
Сказал Люциферу: "Не трогай. Ведь время
Бродячих собак. И очень приблудных котов!
Лишь два фонаря горят. Их губит темень дворов".
Ходили по разным краям Земли.
Столкнулись, и горлом - Любовь!
В глазки смотреть,в губки дышать...
Заки-пяти-ли кровь.
Слова говорить. Канаты вить.
Из вен, друг из друга, из слов.
Из ситуаций, из просто дорог,
из прокуренных странных берлог.
И всё же - не верить! Слова - забывать!
В смертных грехах семи обвинять.
Опыт удушливый припоминать.
И бояться - ужжжжасно!
Раза-ча-ро-вать!
- это точно! Так что можете подражать, друзья мои! Я, лично, уже прикоснулась.... к "прекрасному"!
